Заказ на Сталина

Иосиф Сталин для многих перестал быть просто историческим деятелем. Он является символом справедливого правителя, который оставил после себя не энергетический придаток, а сверхдержаву. Неудивительно, что его прах до сих пор не дает покоя случайным людям во власти, которых привели в нее шкурные интересы.

В декабре 2009 года в «разговоре со страной» премьер-министр Путин на вопрос о роли личности Сталина  прямо указал: 

1. «Никто не может бросить сейчас камень в тех, кто организовывал эту победу: если бы мы проиграли, все было бы намного хуже».  

2. «С 1924 по 1953 год страна изменилась коренным образом, из аграрной превратилась в индустриальную. Правда, крестьян не осталось, на село все это не имело позитивного влияния».

Но на мемориальных мероприятиях в Катыни Путин вдруг сказал:

1. «Репрессии крушили людей, не разбирая национальностей, убеждений, религий».

2. «Логика была одна — посеять страх, пробудить в человеке самые низменные инстинкты, натравить людей друг на друга, заставить слепо и бездумно повиноваться». 

3. «Этим преступлениям не может быть никаких оправданий. В нашей стране дана четкая политическая, правовая, нравственная оценка злодеяниям тоталитарного режима, и такая оценка не подлежит ревизии».

Новая «оценка» уже повторяет логическую ошибку Медведева: «преступления Сталина не могут умалить подвиги народа» (под чьим же руководством?). О либеральном «созревании» Путина свидетельствует его идея о включении в школьную программу «адаптированного» издания «Архипелага ГУЛАГ» А.Солженицына. В конце 80-х годов этот опус стал одним из детонаторов катастрофической перестройки и разрушения СССР, которое сам же Путин (после трагических событий в Беслане) назвал «крупнейшей геополитической катастрофой 20-го века».

Наконец, Госдума (кроме КПРФ) вдруг заявила: «Катынское преступление было совершено по прямому указанию Сталина и других советских руководителей». До сих пор Б.Грызлов, как лидер фракции ЕР, давал взвешенные оценки личности Вождя. Таким образом, все первые лица России «открестились» от своей истории и заявили это от имени народа, который доверил им власть.

«Просветвление» думцев следует рассматривать как либеральный реванш под влиянием «нового мышления» Медведева, которое созрело в недрах Института современного развития (ИНСОРа). Все оттуда: форсированное вступление в ВТО для торпедирования отечественной промышленности и сельского хозяйства, разложение национальной армии, большое желание бросить страну под сапог НАТО (от шествия подразделений «союзников» по Красной площади до российских спецопераций в Афганистане и пропуска военных грузов).

Судить Сталина все равно, что называть преступниками Александра Македонского или Чингиз-хана. К этим действиям думцев хорошо подходит изречение В.Черномырдина: «Если чешется, то чешите в другом месте». Других мест сколько угодно, поскольку 20 лет контрреволюции (1991–2011гг.) не стали созидательными в отличие от 20 лет революции (1917–1937гг.).

Либералы обошлись «малыми» войнами и репрессиями, но угробили примерно столько же, сколько записывают на Сталина, если учесть преждевременно ушедших и не рожденных. Ежегодно регистрируется около 20 тысяч убийств, но к этому (для щадящей статистики!) не добавляют многократно большего количества неопознанных трупов и пропавших без вести. Богопротивное насаждение либеральных «ценностей» привело к нравственному разложению нации.

Ненормальное (по западным меркам) расслоение общества по уровню достатка рекрутирует молодых и здоровых в криминал. В патологическом обществе уголовный сектор играет роль регулятора в распределении доходов между гражданами, поэтому борьба с коррупцией не может принести результатов. Деморализация общества в целом порождает беспредел в действиях представителей уголовного мира, граничащий с их принадлежностью к человеческому виду. Под руки убийц попадают и неимущие, но вектор преступлений направлен на отъем или передел собственности, то есть идет гражданская война. Тотальная криминализация отягощается террористическими и профессиональными военными действиями на национальных окраинах, не вписывающихся в западную цивилизацию, где каждый день гибнут люди. Это край, за которым пропасть…

Власть откровенно не справляется и берется за то, что она умеет делать – судить более талантливых и успешных. Вместе с тем наказания за тяжкие преступления над личностью сделали смехотворными. Власти невыгодно, что много сидит – ведь их надо кормить. Если посадить всех, кто нуждается в изоляции от общества, то обрушится государственный бюджет! А у Сталина заключенные приносили пользу Отечеству… Они этим гордились, а мы бездарно распоряжаемся завещанным нам наследством.

За 20 лет мы воспитали поколение, развращенное западными стандартами потребления, поэтому лучшие по состоянию здоровья молодые люди находятся в тюрьмах, а призывать в армию некого. Министерство обороны не теряется –запланировало создание Иностранного легиона, в который будут зачислять желающих из ближнего и дальнего зарубежья. Медведевская модернизация увязнувшей в потребительстве России является утопией, поскольку наука не может быть выгодной. Большую науку не делают предприимчивые люди и рвачи.

До заявления по Катынским событиям многие смотрели на Госдуму снисходительно, прощали ей антинародный крен в законодательстве – все-таки «новая КПСС». Но теперь маски сняты – «избранники народа» покусились на самое святое, что осталось в душе. Это как в религии: «делайте что хотите, только не трогайте Бога». На фоне того, что происходит последние 20 лет, советское время,  прежде всего, сталинская эпоха, выглядит если не идеальным, то романтическим временем, временем трудовых и боевых свершений. А символ этого времени – Сталин, поэтому медведевская «десталинизация» – это провокация, направленная на дальнейшее разъединение общества, и правящая партия незаслуженно носит свое имя.

У транснационального капитала нет Родины, поэтому ему на службе не нужны харизматические государственники, будь-то Лужков или Лукашенко. Чем Лукашенко, до сих пор не признавший Южную Осетию и Абхазию, хуже Медведева, который назвал Сталина преступником и, вслед за Геббельсом, возложил на СССР вину за расстрел в Катыни?

В борьбе с «кровожадным монстром» – СССР некомпетентные и ангажированные лапы испачкали нашу историю и исковеркали национальное сознание, что ускорило уход из жизни, по крайней мере, сотен тысяч достойных соотечественников («зря жили»). В качестве государственного был принят флаг торгового флота России (который Петр 1, наклонив голову, срисовал с флага Голландии). Однако лицом царской России всегда был черно-желто-белый флаг многовековой династии Романовых.

Сталинское правление учитывало менталитет русского народа, а власть либералов отторгается как чужеродная ткань. Новой России неслучайно навязали полотнище, «взятое напрокат» Русской Освободительной Армией (армии предателей), которое в 1945 году валялось у подножия Мавзолея вместе с гитлеровскими штандартами. Было важно унизить народ, подрезав ближе к корню его пассионарность. «Горбачевский призыв» и два десятилетия спустя продолжает начатое, чтобы покончить с Россией. Милицию, разложившуюся рыночными реформами, решили назвать полицией, не подождав ухода из жизни людей, для которых слово «полицай» звучало страшнее, чем слово «фашист». Возникает извечный для России вопрос: «А царь-то у нас настоящий?».

«Телеакадемик» А.Лысенко точно прокомментировал недавнее скандальное выступление: «Л.Парфенов сказал то, что волнует всех, особенно тех, кто прожили 1980–1990-е годы, тех, кто активно работали тогда и старались добиться неосуществимой мечты – свободы слова, демократии в России, гражданского общества, то есть того, что, видимо, России противопоказано. Страна исторически просто не знала этого и, такое у меня ощущение, знать особо не хочет». Получается, что сама власть до сих пор не понимает этого и своими действиями в отношении памяти Сталина «рубит сук, на котором сидит».

Отрыв от реальности проявился и в недавнем выступлении президента перед веб-камерой: «Не секрет, что с определенного периода в нашей политической жизни стали появляться симптомы застоя, возникла угроза превращения стабильности в фактор стагнации. А такой застой одинаково губителен и для правящей партии, и для оппозиционных сил». Где стабильность, которая застоялась? Страну лихорадит, и все естественнее воспринимается популярный в уголовном мире тезис: «никому не верь, никого не бойся, ни у кого ничего не проси».

Мы прекрасно помним, благословенное время застоя и типичные преступления, которые тогда совершались: фарцовка-спекуляция, тунеядство, хулиганство (до первой крови, без костодробления), экономические преступления (смешные по нынешним временам). За диссидентскую деятельность обычно привлекали по статье о тунеядстве, изолировали в психбольницы или высылали за рубеж. Социализм при Брежневе стал развитым и гуманным. А Сталин принял страну в эпоху социальных катаклизмов и поступал так, как требовала обстановка – у него руки не дрожали. Но когда хотят размазать по стенке социализм, выбирают сталинскую эпоху. Таков стиль у наперсточников от власти.

В предвоенные годы средняя деревенская семья не имела менее 5–7 детей.  Сталин оставил нам в наследство страну с преимущественно многодетными семьями. Еще в 1958—1959 гг. суммарный коэффициент рождаемости составлял в целом по России — 2,6, а в ее сельской местности — даже 3,4. Нынешние коэффициенты рождаемости 1,2—1,3 означают, что в стране господствует малодетность. Поколения родителей не замещаются даже наполовину поколениями детей за счет высокой смертности в трудоспособном возрасте.

Не от хорошей жизни люди уклоняются от участия в переписи (в этом году отказалось 1 млн. и проигнорировало 2,5 млн. человек). В ходе переписи были выявлены тысячи граждан РФ, отказавшихся от замены советских паспортов на паспорта нового образца. Эти люди фактически поражены во всех правах, являются «невыездными», не только за рубеж, но и в другой город (!). А беспаспортные крестьяне при Сталине могли покидать колхозы для учебы, работы в промышленности и службы в армии.

Стыдно клеветать на Сталина, что «крестьян не осталось, на село все это не имело позитивного влияния». Распустив колхозы, государство–правопреемник СССР лишилось качественного генофонда, который сохранял Сталин, ограничивая паспортизацию на селе. До сих пор некому восстанавливать разрушенные фермы, элеваторы, машинно-тракторные станции – рыночные «реформы» превратили сельских жителей в воров и пропойц.

Ограничение потребления, вводимое Сталиным, было справедливым и работало на страну, а не на удовлетворение сверхпотребностей и вывоз капитала за рубеж. Эффективность крупных хозяйств понимал не только Сталин, но и  понимают властные структуры новой России, сросшиеся с криминалом. Новая коллективизация, как показал анализ станицы Кущевская, предусматривает внеэкономическое принуждение, которое основано на физическом насилии, осуществляемом специально обученными формированиями.

Капиталистическое обустройство России у нас на глазах делает ее нежизнеспособной. Если раньше проявляли себя только «либералы несогласные», то теперь появились «либералы системные», которые провели «оранжевую революцию» изнутри. Либералы «заказали» Сталина, осознавая, что в «тандеме» нет человека, способного поднять Россию с колен. Развеялись иллюзии, но перед угрозой либеральной диктатуры с внешним управлением остался социальный заказ на личность, подобную Сталину.

Владимир Филаретов
профессор Ульяновского государственного технического университета,
доктор технических наук